ОБЩЕСТВО СООБЩАЕТ ВЛАСТИ

Опубликуйте своё сообщение

Уважаемый пользователь!
Здесь вы можете без регистрации задать вопрос, написать письмо, высказать мнение, поздравить, посмотреть ответы. Указывать обратный адрес электронной почты не обязательно! Обратите внимание, что ваше сообщение появится не сразу, а после модерации.

  1 2 3 ...  Следующая
Ваш рассказ
Сообщение опубликовал пользователь Владимир
08.06.2024 18:05

Уважаемый Владимир Владимирович, спасибо Вам за этот сказ об нашей общей родине - УССР в составе СССР. Я последнее время начал замечать, в процессе общения с моими бывшими одноклассниками/одногруппниками, живущими нынче на родине, что они начали прозревать, после событий 2014 года с ними невозможно было общаться, а нынче тянутся. Я очень люблю эту страну, пусть и незалежную, мы будем всегда вместе, людей можно обмануть, но правда сильнее

Рассказ
Сообщение опубликовал пользователь Сергей Николаевич Галикин
08.10.2023 10:35

Уважаемый Режиссер, мне очень близка Ваша позиция по большинству серьезных вопросов нашей действительности. Да! Надо возвращать народу имя Сталина. У меня вот есть рассказ, готовый сценарий, как выразился один из моих читателей, для очень хорошего кино. Нет, рассказ не о Сталине, вернее, не только и не столько о нем. Он  русском солдате. Рассказ небольшой. Будет пять минут, посмотрите, пожалуйста. А на портале Проза. ру Сергей Галикин есть еще немало интересных моих вещей. Хотелось бы свои мысли перенести на экран.

Слеза несбывшихся надежд

 

«Сорок  четвертый»

 

1

 

               Переправа есть переправа и дело это непростое.  Особенно, когда танки, чадя синим солярным выхлопом, ревя натужно дизелями,  медленно  ползут по болоту, по хлипкой, качающейся, как живая, едва наведенной саперами да штрафниками гати. Гать из поперек уложенных  свежих сосновых бревен, снизу сбитых досками, да наспех увязанных тросами. Где болото, там – гать. Ну, а где пригорок какой, посуше – там ничего, и так можно.

      Через Днепр прошлой осенью шли уж не бригадой, а полнокровной танковой дивизией. По понтонам шли, ведь – река нешутошная! Хотя, Десну, так ту просто, вброд переходили. Разведка щупами потыкала, потыкала, глубины промеряла, вешек понаставила, и – вперед, мазута!

   А – Днепр, он степенный, широкий, а где неширокий, так там глубокий. Вот и думай.

   Но все же переправились, немец мины кладет, понтоны от близких взрывов качает, трясет, а ехать надо. А на том берегу, еще не прибранные, штабеля пехоты. В рваных шинелишках, кто в гимнастерке, кто почти голый, по-разному  мужики свою смерть приняли. Сапог ни на ком нет, одни обмотки без ботинок. Босые посиневшие ступни, растопыренные скрюченные ладони, тысячи и тысячи, даже бывалым танкистам на такое смотреть было жутко.

      Приостановил тогда Иван машину, сам не знает зачем, чуть высунулся в открытый люк, сокрушенно качая вихрастой головой, всмотрелся в те штабеля, какие поближе, вдруг знакомый кто?

    А в спину, ну, хоть ты танкошлем снимай! – летит, гремит и гавкает от начальства из командирских наушников одно и то же:

      - Быстрей! Еще быстрей!! Сук-кины сыны! Не сбавлять темп движения! Вперед, вашу мать!

     Старались, конечно,  обходить те штабеля, свои же, наши  ребята. Ну, если где какой выпал, то и топтали. А что им теперь, покойникам. Бог простит.

                 Тут же – труба - дело, болото! Туман да прямые и тонкие, как те спички, сосны. Белоруссия! И идет через болота по хлипким гатям уже не дивизия, армия танковая, едрена вошь,  прет!

       Иван едва успел вдавить сцепление, снова сто-о-о-п! «Тридцатьчетверка», поклонившись пушкой бортовым  впереди идущей машины, застыла на трехста оборотах. В наушниках комбатовский мат-пере-мат:

    - Что за остановка, да что за остановка! Вперед, соколы мои! Не прекращать движение, с-сукины сыны!!

       Засквозило чуть,  свежей болотной гнильцой потянуло, когда лейтенант  откинул свой люк. У Ивана - то он открыт на всю, не в бою ведь. На марше. От этого сквознячка у него осенью под Киевом командир сгорел. Уже седьмой за войну. Сам-то Ваня, когда им с километра болванка от «Тигра» вошла под башню,  кошкой кувыркнулся под машину, а командир, штекер от шлемофона в горячке не отключив, свой люк откинул и шасть - наверх! Ну а… Проклятый кабель его назад, в башню, и сдернул! А ведь пошла уж тяга, ну и полыхнуло…

     Оттащили они с заряжающим, когда подошла пехота,  своего командира обуглившегося под лесок, да и зарыли. Кол воткнули, дощечку приладили, такой-то, мол. А от наводчика и вовсе – ничего не осталось, только руки…

       Чуть Ваня привстал с сиденья – и уже на полтуловища  на свежем воздухе, все слышит и видит. Была б перед корпусом травка, то можно б покинуть танк и кувырком. Так даже привычней. Эко дело! Но перед носом вонючая рыжеватая хлябь с синими  разводами масел такая качается, что и утонуть можно! Писаря без вести пропавшим, едрена вошь, еще запишут.    Подтянувшись, выбрался, нога на лючок пулеметный, обычное место командирское, рукой за пушку, вытянул шею. Че там?

       А там, на три машины впереди, развернуло экипаж один. Видно, газанул сверх меры мехвод, новичок  из пополнения, а ведь это не те машины, которые в учебке, эти боевые, тут не до шуток, тут топливная аппаратура  подкручена, для повышения скорости, как водится, хоть и запрещено это регламентом. Вот их и крутануло. И сбросило с узенькой гати прямиком в топь, в болото.

      Видит Иван, что моторный отсек и вовсе, почти весь под воду ушел. Машина, конечно, заглохла. Командир танка, в угловатом новеньком комбезе, сосунок, только из училища, мечется тут же, весь красный, пискляво, по - юношески орет, материт мехвода, почем зря, а тот, морда чумазая, только злобно зыркает глазами из танкового полумрака.

      Пехота цепочкой мимо идет, те матерятся, те ржут, подкалывают, пожилые, те головами только крутят, мол, не полуторка! Толкануть всем миром не получится.

       Сзади выкрашенная в камуфляж «Эмка», тоже на форсаже, подходит. Для автомашин своя гать постелена, похлипче и поуже. Но и там затор: «тридцатьчетверка»,  как черепаха, сползая в болото, зацепила ее траками и разворотила, поставив вверх тарамашками.

     Сердитые саперы теперь, отборно матеря все танковые войска, возятся, ту вздыбленную гать наскоро укладывая на место. А там, когда крутаноло танк,  как раз шел тентованный «Студер», так и тот уже в болоте купается, только погнутый верх кабины видать. На ней сидит мокрый щупленький водила и, содрогаясь и жалобно скуля, рассказывает проходящей пехоте, сколько у него под болотной водой, в кабине, добра какого осталось.

            - Иди, Вань, а? Ну хоть попробуй! От комбата спасу ж нет! – новый командир, из сормовских, снимая танкошлем, умоляюще на Ивана глядит, - может, сдернешь?! Ту «Маруську»? Ну кто ж еще сможет? А ты везучий…

- Сплюнь, командир! – Иван искоса ругнулся, на летеху не глядя, - там же форсунки нахрен затянуты, еще Щербань покойный колотился, ну, а этот еще не приловчился, вот и развернуло его… Толкануть его подальше, чтоб не мешал,  да и хрен с ним, тыловики вытянут.

- Ты, Иван, смотри, хоть у нас не подкручивай эти… Самые форсунки, - с командной ноткой в голосе, немного помолчав, назидательно говорит  командир, - мы и так… Не в почете.

      Иван бросает на него такой выразительный взгляд, что тот умолкает на полуслове, сам же, не спеша закуривает и вместе с горьковатым дымком выдыхает негромко:

- А в атаке я тебе на чем, едрена вошь, под шестьдесят даю? Там скорость нужна. К тому же « Тигру» сбоку еще подскочить надо, пока он башню провернет.  Метров на пятьсот  надо. А не успеешь… Ты пожить еще хочешь, так молчи, командир. Это у всех так, зампотехи все знают. Пойду, едрена вошь, погляжу.

      А вокруг утопленника – чумазый  танковый народ уж собрался, галдят, как воробьи на току, матерятся! Каждый умные советы дает. Летеху того затюкали уж, пацана. Ваня молча – прыг на броню, и ихнего мехвода так, по - отцовски, по плечу ладошкой, вылазь, мол!

      Тут та самая, камуфлированная «эмка», трясясь по бревнам, подлетает. Генерал-майор, молодой пехотный комдив, морда красная, спиртягой от него за версту несет, злющий, как черт, на ходу кобуру расстегивая, на худенького лейтенантишку, как тот беркут на ягненка:

- Т - твою мать, и наоборот, и так, и р-р-аз - этак!! - и по-солдатски, по-окопному, так и понес!

- Чтоб через пять минут, -кричит на все болото, мощный дизельный гул перебивая, - не уберешь свою гробину, твою дивизию-мать, я тебя тут на месте! Пристрелю! Собственной рукой! Как собаку! – ну, и так далее.       Прикинул Иван и решил, видать получил этот пьяный комдив  только - только от начальства хороший нагоняй за слабый темп марша. Вот и вызверился на пацана -  летеху. А летеха онемел, как воробышек перед удавом, вытянулся в струнку, дрожит всем щуплым телом и только большими глазами моргает. Может быть, человек  в первый раз перед собой живого генерала и видит!

     Уехал комдив. Ребята  вдруг замолчали, стали расходиться по машинам: попадешь еще дураку под горячую руку! Пьяный, он же дурак  дважды.

- Сжатым че, не запускается?! – не глядя на мехвода, Иван кивает на компрессор.

- Да… Кончился уж воздух…- тянет тот кисло.

- Аккумуляторы давно подзаряжал? – Иван уж за рычагами и танкошлем его узковатый  на свой лоб натягивает, - выставляй их наружу, суши,  должен ухватить!  И кричит уже тому летехе:

- Если заведется, я его только глубже толкну, так что не обижайся, командир!  Тут вариантов нет! Пойдет, только вниз! – и смеется уже, скаля желтые свои зубы и озорно подмигнув, - соглашайся, парень, а то  и в самом деле, едрена вошь, расстреляет тебя пехота!

          И правда, выставили батареи из ниш, на боеукладку, только провода, насухо вытерев клеммы,  накинули, крутанул Ваня стартер раз –только недовольно кашлянул дизель, глухо проворчав выхлопными,  крутанул два – и нехотя затарабанил, и взревел, родной!

      Ребята счастливому летехе руку жмут, поздравляют:

   - Да  куда там! Это ж Иван с первой роты! С лета сорок первого на тридцатьчетверке, знает ее, заразу, как…

      И не заметил же почти никто, как «эмка» та, раскрашенная,  опять, тут как тут! Генерал, моложавый, длинноносый, как грач, лет около тридцати, в одном кителе, шатаясь, молча, с каменным лицом, опять идет к танку, на ходу, на отлете  передергивая затвор «тэ-тэ-шника».

    Ребята, какие возле танка еще болтались, видя такое дело, от греха все как-то шустро рассосались, кто куда.

     Вплотную подойдя сзади к худеньком летехе,  комдив уверенно приставил пистолет  к его виску, а тот не понял, что там, рот до ушей еще от радости, оборачивает голову – и ударил выстрел! Все!!

    Танкошлем  с маленькой полу-детской лейтенантской головы  как ветром в болото сдуло! Генерал  же резко повернулся  и спокойно пошел к машине, медленно застегивая кобуру и аккуратно, чтобы не испачкать свои сверкающие сапоги, обходя вонючую болотную грязь.

      Иван, прогазовывая мотор, всего этого не видел, только очень близкий выстрел заставил его повернуть голову, чуть высунувшись из люка. Видит Иван,  молоденький летеха с дыркой в голове, распластавшись на гати и кроваво запенившись, уже доходит, меленько суча ногами.

    Первая, конечно,  мысль: снайпер! Но поворачивает Ваня голову, а генерал уж тщательно сапоги вытирает о траву, спокойно в машину садясь. Ребята, кто был рядом, с раскрытыми ртами так и застыли, как немые.

Видел он разное за три года войны. Все стало ясно Ивану.

- Он? – вытирая руки от мазуты тряпочкой, спокойно спросил  он мехвода, кивнув в сторону фыркнувшей «эмки». Тот аж трясется, красный, как рак, лоб в крупных каплях пота:

- А-а!… Д-д-а!! А к-кто ж… Пьяный… Же, к-как  та… С-соба-к-ка… Сду-р-ру!… Погу-б-бил  хло-пца, кур-рва! – и, закрыв глаза ладонью,  отвернулся, сдернув с головы танкошлем.

Иван – к  боеукладке, осколочный в казенник!

    Дело привычное. Правая ладонь уверенно лежит  на маховике поворота башни, левая, наперекрест правой, наводит орудие.

« Эмка» - вот и она, в оптике! Ну, с-сука!!!

                    А потом он, очень спокойно, напевая что-то веселое, столкнул -таки невезучую ту «тридцатьчетверку» подальше, в болото, и, разом взревевшая колонна в сизых клубах дыма, двинулась вперед. Летеха, командир, с ужасом поглядывая, как Иван, как ни в чем не бывало, привычно ведет танк, оцепенело молчал, пока наводчик не толкнул его в плечо, кивнув на закашлявший танкошлем.

     Комбат на волне ротного спрашивал, кто разнес «Эмку». И, переспросив еще дважды, отключился.

- Что же теперь будет-то? Ведь расстреляют тебя, Вань, - участливо, но пряча глаза, тихо сказал лейтенант, едва спрыгнули они на траву, заглуша на берегу мотор, - ведь не тюху-матюху угробил…

- Не ссы ты, командир, все нормально, – смачно сплюнув и своими выцветшими глазами в первые в упор и глубоко заглянув  в глаза лейтенанта, произнес Иван - не тюху… Сволочь  кончил, жалко  его водилу только… Хотя… А что касаемо… Подо мной, едрена вошь, пять  машин уже сгорело. Все равно мне как-то… Днем раньше, днем позже. Я столько ребят уж схоронил, что и самому… Едрен-на вошь! Тут уже нечего… И делать. Ладно. Едрен-на вошь!!

      Подошли и ребята, вся рота, переживают, головами качают. Ротный, со словами:

- Ты… Не сердись ты на меня, Иван Евсеич! - на всякий случай отобрав у него «ТТ», отошел и дрожащими пальцами пытается закурить, бросая наземь ломаные спичку за спичкой.  

    С западной стороны, от головы колонны, весь в клубах пыли, уже несется «Виллис» их комкора. Знают все, что тот с Ваней давно, аж от Москвы воюет, когда в комбригах еще ходил. И знают, что Ваня его на руках семь верст пер по лесам раненного, но в Вяземский  котел они тогда не попали.

    «Виллис», подпрыгивая на кочках,  катится еще, а комкор уже, на ходу соскочив, фуражку поправляя, красный, как разъяренный бык, быстро идет к колонне.

- А ну!..  Иди сюда, Иван!! – не своим голосом хрипло зовет он мехвода. Тот повернулся и пошел, слегка своим ребятам кивнув.

       Что-то быстро сказал комкор ему, тот коротко ответил, сели они тут же  в машину – и все, больше в бригаде никто и никогда Ивана не видел.

2

       Зеленый, порядком обшарпанный, старый штакетник, местами робко выглядывающий из-за густых зарослей перезрелого конского щавля, высоченного ядреного будяка да мохнатой,  с ржавыми широкими листами растопырки, упирается в кирпичный угол невысокого флигелька с давно некрашеными рамами и чуть покосившейся от времени бронзово -кирпичной трубой. За тем забором – такое же непролазное буйство дикой растительности и лишь узенькая малозаметная тропинка, вьющаяся от ободранной калитки к домику, указывает на то, что все-таки какая-то живая душа еще пока обитает и в этом укромном уголке мира. Над старой замшелой шиферной крышей раскидисто покачиваются зрелые гроздья огромной белой акации, заслоняя от солнца почти весь домик и наполняя предвечерний воздух  тонким нежным ароматом.

                   - Евсе-ич! А Евсеич? Гос-с-поди, как зарос-то… Дед! Ты живой тут, сосед! Как Полины не стало, – тетя Клава, в домашнем цветастом халатике, с трудом прокладывая себе путь своими мощными формами, медленно пробирается по тропке к крыльцу, держа в руке алюминиевый бидончик, - а ну, выди на минуту! Уф-ф! Не-м-а-а хозяюшки…  Дед! Я тебе вот молочка принесла. Евсе-ич! Не помер ли  ты часом? Де - ед!

       -Гм… Гм… Ну, чего расшумелась, Клавка! Туточки я, на скамейке! –Иван Евсеич, в полосатых новых брюках, в свежей отглаженной рубашке, свежевыбритый и пахнущий «Шипром», гордо восседает на вросшей в землю скамеечке, откинувшись на спинку и распластав в стороны  руки, -вот, косу правлю. Гм, гм… Садись, коль пришла.

     Тетя Клава, осторожно поставив бидончик на широкий ржавый пень, когда-то служивший дедовым друзьям - ветеранам картежным столиком, кряхтя, жалобно охая и ухватившись за поясницу, присаживается рядом:

   -Че вырядился-то, старый? Не свататься, часом,  собрался, - иронично  улыбнувшись и подмигнув, толкает она его легонько в бок, - так я в дружки к невесте пойду! Ох, и погуляем! А-а?! Дружка только выбери мне подходялого такого, помоложе, да побогаче, да смотри, не промахнись!

     -Э-эх, ты-ы-ы, невеста – много ж в тебе места! – иронично качая белой головой, смеется от души  Евсеич, сверкая железным зубом, - тебе, Клавка, едрена вошь, теперя не жених нужен, а… Перина! Ишь, разнесло, как… Ту репу в духовке!

      -А кто ж мне, а кто, ну кто, а? Ну кто -  мне нужен-то? – задетая за живое, красная, как помидор, не унимается  тетя Клава, - да моего слова, чтоб ты, старый пень,  зн-а-ал, два человека на сегодня дожидаются! Ага! – и обиженно поджимает губы, всем своим видом показывая, как глубоко затронуто ее женское самолюбие.

    -Ладно, ладно, Клавочка, не дуйся, я не со зла, - Евсеич миролюбиво уже улыбается и поднимает тощий указательный палец, - внука вот жду! Самого меньшего, Женьку, ага. Два года не виделись! В армии паренек был, да-а-а…

   Он умолкает, морщит лоб, переводит взгляд на бидончик:

- Вот! Должон быть с минуты на минуту, во-от что. Хлопец получился, ну… Весь в меня!! Сказал, дед, прибуду на пару дней, помогу тебе по хозяйству. Ну, я и… Вот… Хотел, было, Клавочка, и сам будяки эти косой  посбивать, да в поясницу так шибонуло, едрен - на вошь, аж в глазах темно стало. А за молочко спасибо, Клавонька, угощу Женьку  домашним. В городе-то настоящего молока нынче не продается, пишут, что одни химические замесы белого цвета… Отрава для желудка!

   - Посуду-то  давай, жени-их! – тетя Клава  уже  вполне мирно, но так же , кряхтя и охая, подымается со скамейки, - пойду я, пока гости твои не нагрянули. Неудобно как-то…

      Внук, вымахавший за эти пару лет под два метра, крепко обняв Евсеича и окинув оценивающим взглядом раскинувшиеся во дворе непролазные джунгли, тут же повернулся к своей машине и достал из багажника новенький  аппарат, с миниатюрным моторчиком, с пластиковым литровым бачком, никогда доселе дедом не виданный. Но тот, всю свою жизнь связанный с разной сельской техникой, перевидавший кучу всяческих косилок, тут же смекнул, что это за зверь и, взяв в руки, робко усмехнулся в усы:

- Ишь ты-ы… Эк придумано! И что, тянет ее такой движок? Едрен – на вошь! А не тяжеловата?

 - Все путем, деда! Это ж триммер! Китай! Вот, гляди… На плечо вешается. Сейчас тут будут,  и причем очень быстро, все твои джунгли лежать! Куликово поле! – и, победно улыбаясь,  рванул шнурок пускача.

       Уже поздно вечером, едва спустившись с крыши, где было заново прибито несколько послабленных ветрами шиферин, уныло громыхавших над головой Евсеича долгими осенними ночами, усталый за день Женька, моя в рукомойнике руки, вдруг, как что-то вспомнив, повернулся к деду, хлопотавшему у стола над ужином:

- Да! Чуть не забыл, дедуль! Я на прошлой неделе  твой «сорок четвертый» на памятнике видел!

- Да ну-у-у! – тот и рот разинул, вполоборота развернулся,-  не может такого быть, то ты ошибся, Жень. Их на памятники не ста-а-вят, - Евсеич открыл синего цвета шкафчик, с большим цветным портретом Сталина под стеклом дверцы, доставая две стеклянные рюмки, - «тридцатьчетверки»  восемьдесят пятые повсюду стоят. Даже там, где «Шерманы», - он усмехнулся, - хе-хе-хе, проходили. Не-не, ошибка! Издаля, небось, видал?

     Женька, вытирая ярким полотенцем руки, вплотную подошел и, заглядывая в выцветшие, под густыми белыми бровями,  дедовы глаза, тихо сказал

- А вот и нет никакой ошибки, дед! Я что, слепой? «Сорок четвертый». Точно такой, как на той фотке, где ты на войне с комкором своим снят. В Жуковке, в центре,  возле школы стоит. Это вот, рядом, по трассе километров шестьдесят  будет. Так, на небольшом постаменте… Веночки, цветочки, ну, все, как положено.

-А ну, гляди еще, он? А?! – неожиданно взволнованный Евсеич, уже бросив кухарить,  достал из глубин сундука потрепанный, красно - бордового цвета, фотоальбом и, раскрыв его на нужной странице,  дрогнувшим вдруг голосом, пристально вглядываясь в лицо внука, бормотал, заметно волнуясь:

- Ты это… Жень… Ты, ты хорошо, давай,  гляди, я ведь… Он или не он? Я ж его, гм, гм… Его уж сколько годов, после войны так и… Н-не встречал, не видел ни разу…

 И дед суетливо смахнул с глаз слезу, быстро отвернувшись, стал громко сморкаться в платок. Женька, едва взглянув на снимок, твердо кивнул головой, поднял глаза и  удивленно уставился на старика:

- Ну ты даешь, дедуль… Как будто это не железо, а… Прям, живой человек! Старый друг. Я просто тащусь с тебя… Да он же! Ну вот. Он!! Че ж  я, слепой совсем, что ли…

- А-а-а… Люк у него впереди, ну, мой, лю-ю-к  мехводовский… Он есть? –все никак не унимается, не скрывая волнения, аж пританцовывает старик, - ну, впереди, на лобовой плоскости? Есть?

- Нету  там никакого люка, только щели… Эти… Смотровые. Люк там сверху, под башней. А башня такая же…

- Триплекса. Ага-ага… Точно, Жень! – весьма озабоченно бормотал Евсеич, - Не «тридцатьчетверка» ! А не «Матильда»? Та не, не-не, такого и вовсе быть не может… Во-от, обрадовал-то! Внук! Выходит, он, едрена вошь!

      За ужином Евсеич все ерзал, как перввоклассник, места себе не находил. Женька аж малость обиделся: про что речь не заведет – дедуля все на тот танк разговор переводит! Потом, раскрасневшись, и вовсе, загорелся, как солома:

- Все! Все, все! Завтра же отвези меня к нему! Шестьдесят верст, не дальний путь. Я ж его перед смертью хоть потрогаю… А вдруг, мой, а, Жень? Мой? Ну, тот самый, а?

- Не, дед. Твой же весь латанный - перелатанный был, пробоины на башне наспех болванками позаклепаны. Так? Ты ж сам говорил… А этот, не-е-т, видно, и в боях-то не бывал. Не потрепанный. Новенький какой-то! Так, хватит! – внук попытался перевести разговор в другое русло, - завтра с утра ополоснусь в речке и заедем к бабе Поле на кладбище. Хоть там-то бурьяны до неба у тебя не стоят? – и, лукаво улыбнувшись, погрозил деду крупным кулаком, - смотри мне!

    Еще по рюмашке пропустили, посмеялись, легли спать. Женька с дороги неблизкой, да под водочку  – уснул тут же быстро и глубоко. А Евсеич глаза только сомкнет, полежит-полежит, нет, не спится! Не уснуть старику, ни за что не уснуть, разнылась  где-то глубоко рана старая,  душевная. Они, раны эти, никому не видны, заживают, рубцуются-то вроде незримо, а болят, проклятые - хужей, чем зубы.

3

      Очухался Иван уже на полу холодном, бетонном, в полумраке. Сел, качаясь, выхаркнул кровавое месиво со рта. Разгреб на ощупь, два своих зуба там нашел. Еще два  шатаются. Башка, как горячими гвоздями набита, тяжела и гудит, спасу нет.

    Полез на коленках в угол, рукой топчан нащупал, хотел было забраться на него, остро в самый дых кольнули ребра, да и не хватило сил в руках. Опершись спиной о край топчана, сел, ноги с трудом вытянул, стал мучительно вспоминать, что было-то…

     Командир корпуса, всю дорогу сурово молчавший, когда привез его в штаб армии, улучшив минуту, едва остались они одни, взял его крепко за плечи, с уже оторванными хлястиками погон, и, в глаза пристально заглядывая, говорит, чуть не плача:

  -Что ж ты… Ты наделал, Ва-ня!! Ведь расстреляют,  дурака-а-а… А я на тебя, родной ты мой, уже и  представление на Героя готовил! - и умолк, голову бессильно уронив.

     Иван рассматривает свои черные ладони, угрюмо молчит. Сказать тут нечего. Расстреляют.

   Тот опять:

- Где же… Где же башка-то твоя была-а… А?! Эх! Ваня, Ваня… Да я! – комкор вскочил, сжал кулаки, отвернулся к окну, глухо заговорил:

- Я, Иван… По правде говоря, этого алкоголика и придурка Соболева и сам… И я бы… В расход… С нашим удовольствием… Но! За ним Гордов стоит, они вместе когда-то в штабе дивизии ведрами водяру жрали да баб драли… Гордов! Ну, а за тем – сам Жуков, и вот это уже  скверно, Ваня! Э-эх, Ваня! Да… Ты ж у меня один из той, самой  первой моей, начисто полегшей,  бригады и остался! И то, только потому, что меня, считай, покойника,  по лесам выноси-и-л! – он глубоко вздохнул, опустил бессильно голову  и на минуту задумался.

   Поднял комкор сухие строгие глаза, наклонился над сидящим Иваном, заговорил уже другим голосом:

 - Ты, браток… Слушай сюда. Пока тебя смершевцы мордовать тут будут, ты потерпи, браток. Ничего такого им ты … Ни в коем разе не подписывай! Понял? Я попробую с самим Рокоссовским переговорить… Может, Костя и поможет чем. А может, нахер пошлет, накануне такой операции, не знаю. Хоть бы штрафроту тебе, дураку, выпросить…

- Та… Не надо, командир, - Иван виновато опустил глаза и отвернулся, - ты не колотись… Мне уже все равно. Хватит, едрена вошь… Устал я от всего этого. Все! Не хочу жить, нет никаких сил у меня больше, командир, нету!  Оставь мне пистолет, я сам… Ну, или пристрели. Скажешь этим, мол, поругались, накинулся, ну, там… То - се…

- Ну нет, Иван. Нет!! Я тебе дам «то-се»! Отставить!! А ты мне, Ваня - вдруг, понизив голос, склонился над ним  комкор, влажно блеснув глазами, - когда я у тебя… Наган просил в лесу, тогда, в сорок первом, под Вязьмой, помнишь?! И что тогда ты сам сказал, помнишь? Так я тебе напомню. Ты, Ваня, сказал мне тогда, своему командиру,  умиравшему и потерявшему всякую надежду, сказал очень просто, но доходчиво: «Танкисты не стреляются, комбриг,  танкисты - горят!»

     В коридоре загрохотала железная дверь, застучали по каменным плитам сапоги. Комкор резко разогнул спину, выпрямился, отвернулся к стене:

   - И ты тогда очень правильно сказал!  Хочешь сдохнуть – сдохни в бою, сука! Умри… Не зря! Как боец и как мужик! - он развернулся, опять глубоко, пронзительно  заглянул Ивану в глаза:

  - Все! Иван. Держись!.. Идут уже за тобой. Прощай, браток!  И… На всякий случай и – прости!

                 Следователь Особого отдела,  чернявый моложавый майор с новеньким орденом БКЗ на кителе, видимо и  сам, впервые видя перед собой такого необычного подозреваемого, уничтожившего из танковой пушки не кого-нибудь, а генерала, командира дивизии, да не просто, как это на войне подчас бывает, случайно, а совершенно  умышленно, хладнокровно, да еще накануне большого наступления, во все глаза уставился на поникшего Ивана.

     В принципе он, немного наведя справки, уже набросал начерно этому танкисту обвинение, оставалось только самое простое: заставить танкиста его подписать, да привести, как говорится, в исполнение. Ну, и трудиться дальше, по партизанским  ведь местам армия идет, работы СМЕРШУ –непочатый край! Вон, сколько среди народных мстителей людей с неясным, с темным прошлым, еще с лета сорок первого, когда в этих лесах да болотах несколько наших армий  первого эшелона рассеялись. Всех и каждого теперь проверить надо! Ну и что, что он три года по немцам из кустов палил, свою башку подставлял? А может – стрелял не прицельно? Завербован?! Проникнет такой элемент в армию с определенным заданием?

     В общем, с этим танкистом  долго возиться не стоит. Некогда.

- Ну?! Говори!

       В подвальном кабинете следователя тускло горит над его столом одна небольшая желтая лампочка. Где-то в углу монотонно капают на каменный пол капли воды с потолка: тум-тум-тум… Пахнет почему-то карболкой, как в медсанбате. Очень тихо.

    Иван тщедушно разводит заскорузлые ладони:

- Что тут и говорить-то, товарищ май…

- Гражданин майор, граждани-и-н, ты понял меня?! Кончились для тебя товарищи, с-с-ука!! Враг ты теперь!!! Дерьмо собачье! – грохнув ладонью по столу, кричит в нетерпении следователь, вскакивая из-за стола и сбоку подбегая к Ивану.

   Короткий удар в ухо бросает его на плиту пола. Начищенные сапоги безжалостно бьют под дых, в лицо, в пах…

    Иван, скрючиваясь, хрипит, проваливается в черную глубокую яму, дыхание его останавливается, желтый тусклый свет меркнет… Ледяная вода из ведра возвращает его в сознание…

    И снова страшные, зверские удары, и снова – в пропасть… Все, мрак. Ледяная струя, теперь очень медленно, на темя…

    Два дюжих  мордатых смершевца с закатанными рукавами гимнастерок бросают его, как былинку,  на табурет, держат с двух сторон за плечи, чтоб не свалился. Один за мокрый чуб поднял голову, безжизненно упавшую на грудь.

   Следователь угрюмо молчит, Ване в глаза долго и пристально смотрит как удав, не мигая. Потом спокойно так, как старому доброму знакомому, говорит:

- Сейчас тебя, Иван,  обратно в камеру отведут. Ты там все, не спеша, обдумай. Ну, как ты, бросив исправный танк,  фрицам под Вязьмой в плен добровольно сдался, в октябре сорок первого года, как предложил им, в обмен на жизнь, свои услуги. Как они тебе подготовили легенду и дали задание. Понятно, Иван? Какое задание? Да то, что ты сегодня и исполнил, Иван, убить любыми судьбами генерала Соболева, талантливого командира стрелковой  дивизии Красной  Армии. Завтра все это собственной рукой мне и напишешь.

     У Ивана, хоть и голова тяжеленными  камнями набита, свет желтый в глазах крутится и прыгает, а явную несуразицу даже он видит и хрипит, давясь кровавой юшкой:

- Так… Ведь, това…, гм…гм, граж-данин сле-дова-тель, гм, он же, едре-на вошь,  тогда… Был, ка-пи-таном еще… На-верное…

- Ты, мразь, меня и учить еще будешь!! - широкое дородное лицо майора  позеленело от злости, он резко вскочил и весь аж затрясся. Иван втянул голову в плечи, глаза зажмурил, совсем так, как он раньше делал это в танке, в старой своей «тридцатьчетверке», когда раскаленная  окалина от бьющих снаружи в броню болванок начинает сыпаться тебе в лицо.

  Но удара нет. Вместо него уже потише:

- Ладно, падла. Дурак, а… Соображаешь! Напишешь, что было задано тебе убивать всех советских генералов, где только их ни встретишь, понял?! И… Вот еще что. Завтра меня не будет, придет на допрос другой следователь. Я тебя прошу по-хорошему, Иван: не зли ты его! Сядь да и пиши! Ведь зверь, а не человек! Как будто сырым мясом питается…

    Я-то ведь добрый, правильно, Лысенко, добрый я человек?! – криво усмехнувшись, бросает  он быстрый взгляд на одного из охранников, - не слышу ответа!!

- Вы, товарищ майор, душа, Вы просто… По сравнению с капитаном…

- Во-от! Слыхал, Иван? Люди эти знающие. То – то. Иди, я тебе пару сухарей пришлю сейчас, - и  устало кивает головой: «увести!»

              В сырой камере Иван долго щупает рукой брюки, но поясного ремня нет на нем, сдернули, гады, чтоб не повесился ненароком! Э-эх, а жаль!

     Превозмогая острую боль, взобрался - таки, на топчан. Лег на спину, закрыл глаза. Впервые в жизни и впервые на войне захотелось ему вдруг теперь уснуть – и не проснуться. Уже никогда! Голова его стала тяжелеть, боли немного притухать и он, после трех  суток марша по болотам и всего, что случилось сегодня, провалился в глубокий сон.

      На утро, кроме угрюмого молчаливого охранника, принесшего кусок хлеба черного да флягу воды, никто больше не приходил. Ивану тот кусок в горло не лез, отчего-то надсадно тошнило, все его тело размякло и ныло, болела жгуче голова и выбитые зубы.

   Настал уже вечер, но так никого и не было. «Ночью будут бить, сволочи, - пришла ему вдруг догадка, начисто отгоняя затеплившуюся было надежду, - ведь, едрена вошь, любимое у них  это время!» И, отхлебнувши немного водицы,  он снова крепко уснул, к хлебу  так не притронувшись.

     Но и ночью никто за ним не пришел. Ваня даже, чего уж там греха таить, сложив крестиком пальцы, в угол помолился, как смог. И снова – в тяжелой голове запутались мысли, тяжело упали веки и он забылся сном.

    На зорьке, едва первый солнечный луч несмело скользнул по ущербной кладке стены, разбудил его резкий лязг дверного  засова. Иван с трудом сел на топчане, с трясущимися пальцами  раздирая закисшие, с синевой, веки, набрякшие от побоев. В глазах – муть да туман, рябит, совсем не видно, кто там вошел.

    Но вздрогнул бывалый танкист от  такого знакомого до боли голоса:

- Эка тебя разрисовали, Ваня! Работнички тут, видно, старательные… Собирайся, я за тобой, страдалец ты наш! – комкор по - дружески крепко взял его за руку, - ничего, еще теплый, отойдешь!

            Всю дорогу до небольшого приграничного городка, где остановился штаб корпуса, молчали. Изредка только комкор, незаметно усмехаясь в  рыжие усы, покачивал головой, о чем-то размышляя, да пожилой шофер негромко, но забористо матерился на ухабах. В одном месте встала прямо средь дороги и стоит, не двигаясь с места, старая «тридцатьчетверка», моторный отсек откинут, только согнутые черные спины над ним чуть виднеются.

    Иван вздрогнул и было вопросительно взглянул на комкора, но тот, нахмурясь, одними глазами цыкнул:

- Да уж сиди ты! Без тебя тут разберутся.

       В медсанчасти палата пустая, всех раненых в тыловые госпиталя еще вчера поотправляли, к большому наступлению готовятся. Один только старик, из обозных, с загипсованной рукой и сидит, как сыч,  на кровати.    Пристально поглядел на разукрашенного Ивана, спрашивать ничего не стал, только головой укоризненно покачал.

    Но к вечеру, от скуки, разговорились. Дедок этот  уже  третью войну ломает, едва пришли наши, попросился на фронт сам, хотя б в обозе, да досадить германцу! Хвалился, что подался он «на хронт» сразу после смерти своей бабки, та его, конечно,  не пускала, ибо решил так, что «нема разницы, где помереть, смерть, она тебя повсюду найдет, так то хучь с пользой для Рассеи! Назло проклятому вражине!» И что уж ему-то помирать-то никак теперя и нельзя, ждут его «с хронту» три вдовых невестки с детишками малыми, да ягодка-дочка, еще не замужем…

    Видя, что Иван устало прикрыл веки и задремал, неожиданно понизив голос до шипения, стал ему дед рассказывать, как на днях у них в дивизии один танкист раздавил своим танком цельного генерала! С машиной! На глазах у всего честного народа, во - как!

- Врешь!! – сурово сдвинув брови, нарочито громко и недоверчиво сказал Иван.

- Да ей Богу, вот те Хрест свято-о-й! – шипя сквозь выпавшие зубы, божился старик, опасливо оглядываясь на дверь палаты и истово крестясь.

- За что раздавил-то? – Ваня удивленно вскинул брови, недоверчиво  косясь на деда.

- Да заступился тут за одного парнишку. Енерал-то его по-пьянке и пристрелил… Да-а. Ну, а тот и не стерпел! А тебя, касатик, хто ж так измордовал - то? – наконец не выдержал старик, - ты не в плену у германца, часом, был?

- Да нет, дед. Подрался тут с одним… Дураком пьяным.

- Ага… Вот и я… Пьяный, он два раза как дурак, прости, Господи… Ну, поспи, поспи, паренек.

      Поздним вечером, когда уже засерело в окнах, за Иваном пришел молчаливый седой капитан из штаба. Принес новенькую, пахнущую складом, танковую форму:

- Приведите себя в порядок, сержант. В штаб корпуса требуют.

     Комкор с глазами тяжелыми, воспаленными, но, как всегда – гладко выбритый, оживленный и подвижный, ждал его у себя, усадил за стол, налил по стопке спирта.

     Сидят. Тот помалкивает, оно и понятно. И тот молчит, на Ивана, как на диво-дивное  уставясь, только изредка усмехается, да головой покачивает.

- Не томи, командир, душа ж боли-ит! – первым не выдерживает Ваня. Руки на коленях, только дрожат немного. Во второй раз в жизни. В первый раз так они дрожали, когда вечером двадца

Протеже для создания Киностудии детских и юношеских фильмов в г. Лабинске Краснодарского края
Сообщение опубликовал пользователь Яков
11.04.2023 15:07

Уважаемый  Владимир Владимирович! Тема конечно необычная, но нужная. Пишет  Вам сам рукодитель Лабинской  киностудии  детских и юношеских фильмов им. Марка Твена  -Тенета Яков Богданович. Киностудия  существует уже более 1 года. Мои детские телеспектакли  можно посмотреть на ютубе  (Яков Тенета) или  (Проект  "Дети в кадре")  или  (Лабинск. школа №9). но далее переходить на более  серёзные  работы детского  и юношеского кино тормозит проблема с небольшим финансированием (нужны костюмы а денег на них нет).Куда  я только не писал- всё впустую..Точнее нет механизма для оплаты театральных костюмов. Мы не в Москве, а в Лабинске. Краснодарского края. Чем вы как депутат  можете  поддержать становление данной киностудии.  

предложение создать фильм
Сообщение опубликовал пользователь севрюков борис
03.04.2023 10:39

Уважаемый Владимир Владимирович! У вас найдётся оптимизм, время, возможность и желание создать фильм по Я.Гашек "Похождения бравого солдата Швейка"?  Мой любимый роман и герой... Из того, что создано - не соответствует моему восприятию произведений Я.Гашека. А то, что создано Вами, побуждает к мысли, что имено у вас получится.  С уважением к вам, Севрюков Борис. 

Благодарность
Сообщение опубликовал пользователь Владимир
18.02.2023 22:59

Уважаемый Владимир Владимирович!

Большое СПАСИБО Вам за передачу 18.02.2023 РОССИЯ 24.

Смотрю повтор сегодня 18.02.23 второй раз.

Вы убедильно доказали, что мы едины и что мы с Вами победим и спасем Землю.

Проза ru. Прочтите "Венцы" У нас нет фильмов о "катюшах" Может Вы заинтересуетесь?
Сообщение опубликовал пользователь Михаил Погорелов
31.10.2022 12:17

 Проза ru. Прочтите "Венцы" У нас нет фильмов о "катюшах" Может Вы  заинтересуетесь?

Предложение снять фильм-фантазию о возмездии Ельцину и Горбачеву за разрушение СССР
Сообщение опубликовал пользователь Алексей
14.11.2021 12:58

Владимир Владимирович!

Сценарий детективной фантазии о возмездии Ельцину и Горбачеву можно прочитать по ссылке:

https://proza.ru/2016/02/09/1083

Формат этого обращения не позволяет отправить Вам весь текст - только ссылку.

На мой взгляд, время для такого фильма пришло. Правда, Горбачев-сволочь еще не сдох, но пока будет сниматься фильм, я надеюсь, окочурится в своей Германии. Да и то по моей фантазии это не Горбачев, а его двойник, замененный в 1999 году.

С уважением,

Алексей Туманов (псевдоним tumanchik)

200- ЛЕТИЕ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ Ф.М.ДОСТОЕВСКОГО
Сообщение опубликовал пользователь Николай Ломакин
01.07.2021 10:48

 

ОБРАЩЕНИЕ В СВЯЗИ С  ПРЕДСТОЯЩИМ  12 НОЯБРЯ 2021 ГОДА 200-ЛЕТНИМ ЮБИЛЕЕМ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ ВЕЛИКОГО РУССКОГО ПИСАТЕЛЯ Ф.М.ДОСТОЕВСКОГО, КОТОРЫЙ В РФ  ОФИЦИАЛЬНО СОБИРАЮТСЯ ВСТРЕЧАТЬ 11 НОЯБРЯ, В НЕСООТВЕТСТВУЮЩИЙ ЭТОЙ ЗНАМЕНАТЕЛЬНОЙ ДАТЕ ДЕНЬ.

ВОЗМОЖНО, ДАННОЕ УТВЕРЖДЕНИЕ, НА ПЕРВЫЙ ВЗГЛЯД, МОЖЕТ ПОКАЗАТЬСЯ   НЕПРАВДОПОДОБНЫМ, НЕЕСТЕСТВЕННЫМ И ДАЖЕ  ДИКИМ, НО  В  РЕАЛЬНОЙ  ЖЕ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ ЖЕ   ВСЁ ГОРАЗДО  СТРАШНЕЕ  И УЖАСНЕЕ, ЧЕМ МОЖЕТ ПОКАЗАТЬСЯ НА ПЕРВЫЙ ВЗГЛЯД.

КОРЕНЬ ЗЛА   -  В  АНТИРУССКИХ, АНТИПРАВОСЛАВНЫХ   КАЛЕНДАРНЫХ РЕФОРМАХ 1918 И 1923  Г.Г.  ПРОВЕДЕННЫХ С ЦЕЛЬЮ ОКАТОЛИЧИВАНИЯ РОССИИ.

ОТОШЕДШИЕ ОТ ЮЛИАНСКОГО  КАЛЕНДАРЯ,    АНТИХРИСТИАНСКИЕ  СИЛЫ  ВСЕГДА ПЫТАЛИСЬ НАНЕСТИ ЕМУ   СУЩЕСТВЕННЫЙ УРОН, А ИМЕННО: «НАУЧНО» ИСКАЗИТЬ СУТЬ ТОГО ИЛИ ИНОГО ИСТОРИЧЕСКОГО СОБЫТИЯ.   ЭТУ  ЖЕ ЦЕЛЬ ПРЕСЛЕДОАЛИ   И БОЛЬШЕВИКИ  ПРИ  УСТАНОВЛЕНИИ СВОЕГО  «НОВОГО  ПОРЯДКА И РАЗРУШЕНИИ ВЕКОВЫХ ТРАДИЦИЙ И ДУХОВНЫХ ЦЕННОСТЕЙ РУССКОГО НАРОДА  ПОСРЕДСТВОМ     ПЕРЕХОДА НА  КАТОЛИЧЕСКИЙ КАЛЕНДАРЬ  И  ВВЕДЕНИЯ ПРОИЗВОЛЬНЫХ ПРАВИЛ  ПОРЯДКА  ПЕРЕСЧЁТА ДНЕЙ, ЧТО ГРУБРО НАРУШАЛО ДОСТОВЕРНОСТЬ МНОГИХ ПАМЯТНЫХ ДАТ РОССИИ.

В СВЯЗИ С ГРУБОЙ ЗАМЕНОЙ КАЛЕНДАРНЫМИ РЕФОРМАМИ  1918 И 1923 Г.Г.И ПЕРЕВОДА ГОСУДАРСТВЕННОГО ЮЛИАНСКОГО КАЛЕНДАРЯ  НА ГРИГОРИАНСКИЙ   

( ПОСЛЕ 31 ЯНВАРЯ 1918 СЛЕДУЮЩИМ ДНЁМ  БЫЛО  ПРИНЯТО СЧИТАТЬ НЕ 1 ФЕВРАЛЯ, А  14 ФЕВРАЛЯ, И ТАКИМ ОБРАЗОМ РАЗНИЦА МЕЖДУ ПРЕЖНИМ И НОВЫМ  КАЛЕНДАРЁМ  СОСТАВИЛА 13 ДНЕЙ ) 

И ВВЕДЕНИЕМ   ВЗЯТЫХ « С ПОТОЛКА»   НОВЫХ ПРАВИЛ  ПЕРЕСЧЁТА ДАТ,   ТАКЖЕ БЫЛИ  ИСКАЖЕНЫ  И ПЕРЕСТАЛИ  ИМЕТЬ КАКОЕ-ЛИБО  ОТНОШЕНИЕ К ИХ ПРАВОСЛАВНЫМ КОРНЯМ МНОГИЕ ДАТЫ  ИСТОРИЧЕСКИХ СОБЫТИЙ  РОССИИ,   И ТАКИМ ОБРАЗОМ  РОССИЯ  БЫЛА ЛИШЕНА СВОЕЙ ИСТОРИЧЕСКОЙ  НАЦИОНАЛЬНОЙ ПАМЯТИ, ЧТО МОЖНО ОХАРАКТЕРИЗОВАТЬ     ВЫСКАЗЫВАНИЕМ  А.С. ПУШКИНА : «ДИКОСТЬ, ПОДЛОСТЬ, НЕВЕЖЕСТВОНЕ УВАЖАЕ ПРОСШЕДШЕГО, ПРЕСМЫКАЯСЬ ПРЕД ОДНИМ НАСТОЯЩИМ»

ТАКИМ ОБРАЗОМ, БЫЛИ УТРАЧЕНЫ МНОГИЕ ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЕ ДУХОВНЫЕ ДАТЫ  ВОИНСКОЙ СЛАВЫ РОССИИ  ( ДО ИХ   ПЕРЕСМОТРА  ФЕДЕРАЛЬНЫМ ЗАКОНОМ «О ДНЯХ ВОИНСКОЙ СЛАВЫ РОССИИ» № 32 ФЗ ОТ 13 МАРТА 1995 ГОДА  ОТМЕЧАВШИЕСЯ В НЕСООТВЕТСТВУЮЩИЕ ИМ ДНИ),  КАК  И ДРУГИЕ ПАМЯТНЫT ИСТОРИЧЕСКИЕ  ДАТЫ, МНОГИЕ  ИЗ КОТОРЫХ И ПО НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯПРОДОЛЖАЮТ  ОТМЕЧАТЬСЯ В ДРУГИЕ  НЕ ИМЕЮЩИЕ К НИМ  ОТНОШЕНИЯ ДНИ ( КАК, НАПРИМЕР, И ИМЕВШЕЕ МЕСТО  26  АВ ГУСТА 1812 ГОДА БОРОДИНСКОЕ СРАЖЕНИЕ,  КОТОРОЕ ВМЕСТО  СООТВЕТСТВУЮЩЕГО ЭТОМУ ПАМЯТНОМУ ДНЮ 8 ОКТЯЬРЯ ПО НОВОМУ СТИЛЮ ОТМЕЧАЕТСЯ 7  СЕНТЯБРЯ. БЫЛИ ТАКЖЕ ИСКАЖЕНЫ И УТРАТИЛИ  И УТРАТИЛИ  СВОЮ  ИСТОРИЧНОСТЬ ПАМЯТНЫЕ ДАТЫ  ВЕЛИКИХ ЛЮДЕЙ РОССИИ    (КАК ДНИ РОЖДЕНИЯ, ТАК И ДНИ СМЕРТИ),  В ТОМ ЧИСЛЕ  И  А.С.ПУШКИНА, КОТОРЫЙ  РОДИЛСЯ 26 МАЯ  1799 ГОДА, ЧТО СООТВЕТСТВУЕТ  8, А НЕ 6 ИЮНЯ, А ДЕНЬ ЕГО СМЕРТИ  29 ЯНВАРЯ 1837 ГОДА  СООТВЕТСТВУЕТ 11, А НЕ 10 ФЕВРАЛЯ В ГРИГОРИАНСКОМ КАЛЕНДАРЕ,. КАК  НЕВЕРНО  СЧИТАЕТСЯ И В  НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ. ПРИЧЁМ, ОФИЦИАЛЬНО.  ТАКИМ ОБРАЗОМ, ЦЕЛЫЕ ПОКОЛЕНИЯ БЫЛИ ЛИШЕНЫ  ИСТОРИЧЕСКQЙ  ПАМЯТИ.  КРОМЕ А.С.ПУШКИНА, КОГО НИ ВОЗЬМИ ИЗ ИЗЕСТНЫХ ЛЮДЕЙ РОССИИ - ПОВСЮДУ   ИМЕЮТ МЕСТО ТАКОГО РОДА ГРУБЫЕ НЕСООТВЕТСТВИЯ В КАЛЕНДАРНЫХ ДАТАХ.

ЧЕМ ЕЩЁ, ЕСЛИ  НЕ УМЫШЛЕННОЙ  ДЕБИЛИЗАЦИЕЙ НАСЕЛЕНИЯ ПУТЁМ ОСЛАБЛЕНИЯ  ДУХОВНО-НРАВСТВЕННЫХ ВЕКОВЫХ УСТОЕВ ОБЩЕСТВА,  ЕГО КОРЕННЫХ ИСТОРИЧЕСКИХ ЦЕННОСТЕЙ ВСЁ ЭТО  МОЖНО НАЗВАТЬ?

 В ЭТОМ 2021  ГОДУ  ОТМЕЧАЕТСЯ  ПАМЯТНАЯ ДЛЯ ВСЕЙ РОССИИ ДАТА  200-ЛЕТИЯ  СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ ВЕЛИКОГО РУССКОГО  ПИСАТЕЛЯ ФЁДОРА МИХАЙЛОВИЧА ДОСТОЕВСКОГО, КОТОРЫЙ РОДИЛСЯ 30 ОКТЯБРЯ 1821 ГОДА В ДЕНЬ ПАМЯТИ СВЯЩЕННОМУЧЕНИКА ЗИНОВИЯ  ЕГЕЙСКОГО И СЕСТРЫ  ЕГО ЗИНОВИИ И ДРУГИХ ИЖЕ С НИМИ, ЧТО ПОДТВЕРЖДАЕТСЯ  ЦЕРКОВНЫМ КАЛЕНДАРЁМ  РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ И СООТВЕТСТВУЕТ ДНЮ 12 НОЯБРЯ ПО ТАК НАЗЫВАЕМОМУ НОВОМУ СТИЛЮ,  В ТО ВРЕМЯ КАК  СМИ  РФ   НАЗЫВАЮТ ЭТУ ДАТУ НЕПРАВИЛЬНО, А ИМЕННО -  11 НОЯБРЯ, В ДЕНЬ, КОТОРЫЙ   СООТВЕТСТВУЕТ НЕ 30, А 29  ОКТЯБРЯ ПО ТАК  НАЗЫВАЕМОМУ  СТАРОМУ  СТИЛЮ  ИЛИ ДНЮ   ПАМЯТИ ПРЕПОДОБНОЙ МУЧЕНИЦЫ АНАСТАСИИ РИМЛЯНЫНЕ,  ПРЕПОДОБНОГО АВРАМИЯ И ИЖЕ С НИМИ,  СОГЛАСНО ЦЕРКОВНОМУ КАЛЕНДАРЮ РПЦ, ЧТО НЕ ИМЕЕТ АБСОЛЮТНО НИКАКОГО ОТНОШЕНИЯ КО ДНЮ РОЖДЕНИЯ Ф.М.ДОСТОЕВСКОГО  В ТО ВРЕМЯ КАК  ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ Ф.М.ДОСТОЕВСКОГО - 30 ОКТЯБРЯ/12 НОЯБРЯ,    А ДЕНЬ СМЕРТИ - 28 ЯНВАРЯ/10 ФЕВРАЛЯ.  И КОМУ ОН ТАК НЕНАВИСТЕН, ЧТО ХОТЬ НА ОДИН ДЕНЬ, НО РАНЬШЕ  ЧЕЛОВЕКА  НА  ТОТ СВЕТ ОПРЕДЕЛИЛИ…  В ИНТЕРНЕТЕ  ТАКЖЕ НИ ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ, НИ ДЕНЬ СМЕРТИ Ф.М.ДОСТОЕВСКСГО ПРАВИЛЬНО НЕ НАЗЫВАЕТСЯ:

Достоевский, Фёдор Михайлович — Википедияhttps://ru.wikipedia.org › wiki › Достоевский,_Фёдор... Фёдор Миха́йлович Достое́вский ( 30 октября [11 ноября] 1821, Москва, Российская империя — 28 января [9 февраля] 1881, Санкт-Петербург, ...   

 2021 200 лет со дня рождения Ф.М. Достоевского Год ...

https://www.casaderusia.es › ru-news › 200-let-so-dnya...

11 ноября 2021 года исполнится 200 лет со дня рождения русского писателя, мыслителя, философа и публициста Федора Михайловича Достоевского ...

В Старой Руссе 200-летию со дня рождения Достоевского ...

https://tass.ru › kultura

 Двухсотлетие со дня рождения Федора Достоевского отметят в ... Об этом на пресс-конференции ТАСС в понедельник сообщила директор дома-музея Ф.МДостоевского в Старой Руссе Юлия Юхнович. ... указ о праздновании в 2021 году 200-летия со дня рождения писателя.

Ф.М. Достоевский: навстречу юбилею 200 лет | Школьный ...

https://www.schoolrm.ru › life › news › department

 11 ноября 2021 года исполняется 200 лет со дня рождения писателя, публициста, мыслителя, одного из самых известных русских ...

ТАКИМ ОБРАЗОМ,  «ДИКОСТЬ,  ПОДЛОСТЬ, НЕВЕЖЕСТВО,  НЕ  УВАЖАЮЩЕЕ  ПРОШЕДШЕГО И ПРЕСМЫКАЮЩЕЕСЯ  ПРЕД  ОДНИМ НАСТОЯЩИМ»,  К ВЕЛИКОМУ СОЖАЛЕНИЮ, НАЛИЦО, НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ПРИ ПЕРЕХОДЕ КАТОЛИКОВ НА ГРИГОРИАНСКИЙ КАЛЕНДАРЬ  В 1582 ГОДУ, РАЗНИЦА МЕЖДУ НИМ И ЮЛИАНСКИМ КАЛЕНДАРЁМ СОСТАВЛЯЛА 10  ДНЕЙ,А С 17 ФЕВРАЛЯ 1900 ГОДА ПО 15 ФЕВРАЛЯ 2100 ГОДА ( С УЧЁТОМ ВИСОКОСНЫХ ГОДОВ) ОНА СОСТАВЛЯЕТ 13 ДНЕЙ:

 

Григорианский календарь — Википедия

https://ru.wikipedia.org › wiki › Григорианский_кален...

 

Григорианский календарь — Википедия

https://ru.wikipedia.org › wiki › Григорианский_кален...

В момент введения григорианского календаря разница между ним и юлианским календарём составляла 10 дней. Однако эта разница увеличивается из-за разного количества високосных годов. С 1 марта 1900 года по 28 февраля 2100 года разница между календарями составляет 13 дней.

Разница дат юлианского и григорианского календарей определяет, на сколько дней дата григорианского календаря наступает раньше этой же даты юлианского календаря[6]:

 

Разница, дней

Период (по юлианскому календарю)

Период (по григорианскому календарю)

10

5 октября 1582 — 18 февраля 1700

15 октября 1582 — 28 февраля 1700

11

19 февраля 1700 — 17 февраля 1800

1 марта 1700 — 28 февраля 1800

12

18 февраля 1800 — 16 февраля 1900

1 марта 1800 — 28 февраля 1900

13

17 февраля 1900 — 15 февраля 2100

1 марта 1900 — 28 февраля 2100

14

16 февраля 2100 — 14 февраля 2200

1 марта 2100 — 28 февраля 2200

15

15 февраля 2200 — 13 февраля 2300

1 марта 2200 — 28 февраля 2300

16

14 февраля 2300 — 12 февраля 2500

1 марта 2300 — 28 февраля 2500

 

 

ЧТО ТУТ СЛОЖНОГО И НЕПОНЯТНОГО ДЛЯ МИНИСТЕРСТВ  КУЛЬТУРЫ И ОБРАЗОВАНИЯ, ОТМАЛЧИВАЮЩИХСЯ  ПО ДАННОМУ ВОПРОСУ? НЕУЖЕЛИ  ПО КАЖДОМУ КОНКРЕТНОМУ СЛУЧАЮ НЕОБХОДИМО ПРИНИМАТЬ ОТДЕЛЬНЫЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН, ВМЕСТО ТОГО, ЧТОБЫ ОБЯЗАТЬ МИНИСТРОВ ВЫУЧИТЬ, КАК ТАБЛИЦУ УМНОЖЕНИЯ, ВЫШЕПРИВЕДЕННУЮ ТАБЛИЦУ РАЗНИЦЫ МЕЖДУ ЮЛИАНСКИМ И ГРИГОРИАНСКИМ КАЛЕНДАРЯМИ  ХОТЯ БЫ В НАШ ПЕРИОД ВРЕМЕНИ, КОТОРАЯ СОСТАВЛЯЕТ 13 ДНЕЙ, ЧТОБЫ НЕ РАСПРОСТРАНЯЛИ В СМИ ЛОЖНУЮ ИНФОРМАЦИЮ И  НЕ ДОПУСКАЛИ  ВПРЕДЬ ТАКОГО КОЩУНСТВА И СВЯТОТАТСТВА, КАК  НЫНЕШНЕЕ  НАМЕРЕНИЕ ОТМЕТИТЬ 200-ЛЕТИЕ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ Ф.М.ДОСТОЕВСКОГО В НЕСООТВЕТСТВУЮЩИЙ ЭТОМУ ЭПОХАЛЬНОМУ СОБЫТИЮ ДЕНЬ?

ТАКИМ ОБРАЗОМ,  «ДИКОСТЬ,  ПОДЛОСТЬ, НЕВЕЖЕСТВО,  НЕ УВАЖАЮЩЕЕ  ПРОШЕДШЕГО И ПРЕСМЫКАЮЩЕЕСЯ  ПРЕД  ОДНИМ НАСТОЯЩИМ»,  К ВЕЛИКОМУ СОЖАЛЕНИЮ, НАЛИЦО.

НЕ ДАЙ, ГОСПОДИСВЕРШИТЬСЯ  ДЕЛАМ ДЬЯВОЛА – ВЕДЬ ДЛЯ ТОГО И ЯВИЛСЯ ХРИСТОС,  ЧТОБЫ СОКРУШИТЬ ИХ!

ВСТРЕТИМ ЖЕ  ДОСТОЙНО  В ДЕНЬ ЕГО РОЖДЕНИЯ 200-ЛЕТНИЙ ЮБИЛЕЙ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ  Ф.М.ДОСТОЕВСКОГО  -

ВЕЛИКОГО РУССКОГО  ПИСАТЕЛЯ, КОТОРЫЙ,  МОЖНО СКАЗАТЬ,  ОСНОВАТЕЛЬНО ДОПОЛНИЛ  БИБЛИЮ  РАСКРЫТИЕМ  МИРУ ТАЙНОГО СМЫСЛА  И  КОВАРНЫХ  ЦЕЛЕЙ  ДЬЯВОЛА ПРИ ИСКУШЕНИИ ИМ  ХРИСТА В ПУСТЫНЕ.  ВЕЛИКОГО ПИСАТЕЛЯ,  КНИГИ КОТОРОГО  «БРАТЬЯ КАРАМАЗОВЫ» И «БЕСЫ»  ПРИЗЫВАЛ ПРАВОСЛАВНЫХ ЧИТАТЬ ПРИСНОПАМЯТНЫЙ ВЛАДЫКА   ИОАНН СНЫЧЁВ. ВЕЛИКОГО ПИСАТЕЛЯ И НЕПРЕВЗОЙДЁННОГО ЗНАТОКА ДУШ ЧЕЛОВЕСКСКИХ, ПРЕДСКАЗАВШЕГО  ЗА ПОЛВЕКА ДО 1917 ГОДА, ЧТО «БУНТ В РОССИИ НАЧНЁТСЯ НЕПРЕМЕННО С АТЕИЗМА».

Н.ЛОМАКИН          ОТ  ПРАВОСЛАВНЫХ ГРАЖДАН  ДНЕПРОВСКОЙ ЕПАРХИИ.

uv5eok@gmail.com                                

                       18.06.2021

 

 

кино
Сообщение опубликовал пользователь Константин
12.03.2020 20:29

Здравствуйте!Снимите пожалуйста сериал по книге Божественная комедия.

Спасти детей! Реализовать решение международного суда
Сообщение опубликовал пользователь Ирина Вячеславовна
08.12.2019 04:56

Мое имя Реутова Ирина Вячеславовна. 

Я нахожусь в Москве. 2,5 года назад приехала из города Н Тагил, что бы решать правовые вопросы  защите моей семьи. 

Решилась написать сегодня Вам от полной безысходности и не понимания, не знания , как решать проблему, связанную с исполнением решения международного суда, по которому господин Жиро Раймонд Картье ( тот самый ювелир, парфюмер и модельер) должен мне вернуть моих внуков и я должна получить очень крупную сумму денег в качестве компенсации. 

Решение суда вступило в силу в конце августа 2019 года. Международный суд продолжался с 3 января 2019 года . Вся информация в какой-то закрытой базе. Меня на суд не допускали и представлял меня там Тихонов Сергей Леонидович. Полковник ФСБ. Мой информатор, который имеет доступ к закрытой базе, мне рассказывал много неточностей в этом деле, которые заслуживают пересуда. Тихонов со мной в контакт не вступает, а только ведёт наблюдение. Или даёт информацию через фэйсбук. Но дело не в этом. Для осуществления правовой базы я обращалась на Сухаревскую, Малый головин переулок, 5 к Лыкову Владимиру Анатольевичу, он посмотрел по базе и сказал, что моих внуков надо спасать. Что Картье проводит над ними эксперименты, подвергает испытаниям психиатрических препаратов , которые разрабатывает его институт по программе правительства. И что он переодически насилует детей с 5 лет. Сегодня детям уже 7. (Меня, бабушку к детям не подпускает. Картье абсолютно чужой человек детям. )Эта информация имеется в этой базе, мне ее подтверждали другие юристы. Лыков обещал заняться этим вопросом, обещал позвонить, но не позвонил. Я сама пришла к нему и он был очень испуган, а мне сказал,  что приехали к ним из генеральной прокуратуры и изъяли все материалы по мне и моему делу . Обещал позвонить позже, когда все уляжется , но не перезвонил . А мне посоветовал ехать домой , что там меня никто не тронет. Дело в том , что перед этим мне был звонок из генеральной прокуратуры с требованием немедленно явиться по определённому адресу , но я не могла, я так и сказала им. Я была занята на работе. Я им сказала , что этим занимается фсб. Скорее всего они за мной наблюдали с тех пор, как я написала письмо президенту о ситуации и отправила в администрацию президента. Те же в свою очередь отправили в Генеральную прокуратуру. Уведомления я получала. Дальше Я стала искать юридическую фирму, которая бы могла этим заняться и пришла в фирму Госюрист. Я попросила спасти моих внуков, у меня на руках были страшные и удручающие записи по Картье и детям. Я дала им эти записи. Я сказала , что у меня только 65000 я им их отдала, остальное мы договорились, что я отдам после того, как получу детей и денежную компенсацию. Воронов Владислав Сергеевич сказал через несколько дней , что дети в полной безопасности в интернате при уполномоченных по делам детей Франции . Он обещал, что через 10 дней решение суда будет у меня и через 3-4 недели получу детей. Позже сказали, что Картье уничтожил документы детей и надо их восстанавливать. Сказали, что детьми в интернате занимаются психологи, берут у них анализы и, что дети в полном порядке . Через 50 дней после моего обращения к ним , Воронов Владислав Сергеевич мне сказал, что документы готовы , что надо 100000 что бы вывести детей, что к новому году дети будут у меня. Я вынуждена была съехать с квартиры , в которой жила, что бы получить предоплату и оплату текущего месяца - назад, рассчиталась с работы и снова устроилась, что бы получить деньги. Однако я встретила человека, своего информатора, который мне сказал, что Воронов отправляет отчеты по мне Картье, что он написал ему, что я готова заплатить 100000 и что с этим проблем не будет. Что их цель обескровить меня и что бы у меня не было денег на осуществление правовой базы. У меня подкосились ноги, это уже третья фирма , которая продаётся Картье и пишет отчеты по мне. Это делала фирма , «Согласие». Они обещали встречу с президентом, взяли с меня 100000 и не собираются отдавать.  Разыгрывали цирк в течении полугода, пока шёл международный суд, обещали переписку с внуками и прочее. Ещё «Центр правовой защиты» Новая площадь , 8 , ещё в 2017 году готовили суд по детям целый год и отменили его, очевидно по причине продажничества . Мне больше не чем их оправдать.

Меня продали Картье в 3 фирмах. 4 фирма , ещё летом обещала организовать мое присутствие в суде...

На данный момент из меня выкачены все деньги и ещё я имею кредитов на 500000 . Кредитов мне больше не дают банки. Детей надо спасать. Их надо защитить . Я готова взять моих внуков под свою опеку. Помогите вернуть детей в Россию. Помогите осуществить правовую базу. Защитите детей, они могут погибнуть. Они если и нужны Картье, только для манипуляций. Эти дети потомки великого рода. Один их великий предок ушёл в народ, а потом был причислен к лику святых. Я полагаю, что мои внуки интересны Картье только с этой стороны.

У меня есть ужасающие записи, которые мне даёт информатор. 

Найдите в закрытой базе эту информацию, спасите детей. Я могу очень много несправедливости и это надо рассказать. 8 лет Картье преследует мою семью и меня. Я не знаю, как ещё и выжила при этом . Не каждый выживет в таких условиях. 

Пощадите детей! Займитесь этим делом. Нужна огласка и пристальный контроль грамотных специалистов, способных осуществить решение суда и забрать детей у насильника. 

Мне известно, что суд шёл под грифом совершенно секретно, так мне сказали, 

Я , пятидесятипятилетняя бабушка, похищенных пятерых внуков взываю к вам о помощи. У меня больше нет ресурсов заниматься спасением моих внуков!!! Не оставьте детишек в беде! И там очень большие деньги в качестве компенсации. Я человек благодарный... 

Я бы хотела переговорить об этом всем с вами лично. 

Это на самом деле криминальная история длинной в 8 лет! 

Картье получил детей преступным путём, над моей дочерью многократно совершались насилия в течении этих лет. Ей 5 раз стирали память. Это история настолько криминальна, что мир такого ещё не видел! 

Но в данном случае я поошу вас помочь вернуть детей в семью!

Картье будет пытаться всех подкупать и применять связи. У меня на самом деле только на вас Надежда! Это все должно быть публично , иначе не получится! Он будет придумывать интригу за интригой, так же , какие уничтожил документы детей!

С Уважением, Реутова Ирина Вячеславовна

Тел 89251731354

  1 2 3 ...  Следующая
Бортко Владимир Владимирович
Бортко
Владимир Владимирович

Депутат Государственной Думы, Первый заместитель председателя комитета ГД по культуре

Опубликовать сообщение

Обратите внимание, что все данные на персональных страницах предоставлены самими персонами, либо взяты из открытых источников, если явно не указано иное.

Если вы обнаружили ошибку или неточность, пожалуйста, сообщите об этом в редакцию.

© Портал неофициальных сообщений «Лица»
Письмо в редакцию         20.07.2024